щёлковский край
 

Умение захватывающе читать лекции.


В 1868 г. замечательным педагогом-просветителем, видным филологом-пушкинистом и шекспироведом, переводчиком Мольера, Корнеля и Расина- Львом Ивановичем Поливановым была открыта в Москве частная гимназия, вскоре ставшая одним из общепризнанных центров культурной жизни города.

«Наша гимназия,— говорил на ее 25-летнем юбилее Л. И. Поливанов,— была избрана местом обучения тою средою русского общества, которая понимает, что как бы ни была страна сильна своими материальными силами, как бы обширны ни были ее размеры, сколько бы новых богатств ни открыла она в недрах своей земли, она будет бессильным трупом без многочисленного слоя граждан, вооруженных с детства серьезным гуманитарным образованием, законченным в университете трудом в области строгой науки. На всех поприщах нужны такие люди в стране, желающей жить достойной исторической жизнью».

Здесь, в гимназии своего друга, и решил прочесть несколько лекций по истории изобразительного искусства и архитектуры естествоиспытатель Сергей Александрович Усов. Эти лекции, вскоре незаметно переросшие в целый курс, стали значительным явлением в художественной жизни Москвы. Они продолжались пять лет, вплоть до самой смерти С. А. Усова, и имели огромный успех, собирая широкий круг представителей московской интеллигенции.

Беседы С. А. Усова имели громадное значение в первую очередь для его учеников. Человек от природы очень талантливый, он соединял необычайную и крайне разностороннюю эрудицию с необыкновенной способностью глубоко разбираться в предмете, схватывать его суть и делать из ряда фактов блестящие по своей оригинальности и полноте выводы.

В своих воспоминаниях А. Н. Северцов подробно описывает усовские чтения: «Сергей Александрович приносил папки и альбомы о рисунками и фотографиями, тщательно и аккуратно подобранными, и начинал рассказывать. Рассказывал он чрезвычайно просто, совершенно разговорным языком. Абстрактных рассуждений, философствований... почти не было. Излагал он очень конкретно, не стесняясь вдаваться в подробности, объяснять архитектурную и живописную технику, и каждое положение иллюстрировал рисунками, фотографиями, планами и чертежами. Коллекция фотографий (и крайне ценных) у него была громадная.

Описывая жизнь всякого крупного художника, его биографию, ход развития его творчества, показывал эскизы картин и т. д., но благодаря мастерскому изложению, выделявшему необыкновенно выпукло и ярко все наиболее существенное, у слушателей из этого чисто фактического, совершенно чуждого фразы и внешнего красноречия изложения складывалось необыкновенно яркое и цельное представление. Эти курсы оставили в нас, слушателях, след на всю жизнь и дали нам много и в смысле знакомства с историей искусства и в смысле художественного понимания.

Эстетическим чувством, и притом необыкновенно здоровым, Сергей Александрович обладал в высокой степени и сумел (поскольку это вообще возможно) нас выучить художественной оценке, заставляя самих додумываться до нее...»

«Критической способностью он обладал в высокой степени; фальши, все равно — в области мысли или в нравственном мире, он не терпел. Если прибавить к этому блестящее, чисто русское остроумие и своеобразное, совершенно оригинальное красноречие без фразы, то обаяние его личности станет понятным...

При глубине и полноте его мысли, при его любви поговорить и в живой беседе с умными и образованными собеседниками обсудить все, что его в данное время интересовало (а интересовало его многое), он и сам много давал и вызывал собеседников на интересный и плодотворный, не проходивший без следа для слушателей, а особенно для нас, молодежи, разговор».

Лекции и беседы эрудированного и тонко мыслящего ученого не только развивали эстетический вкус аудитории и расширяли ее художественный кругозор. Они становились своеобразной школой профессионального лекторского мастерства, уроками лекторского красноречия, в котором традиционно важное место занимало умение раскрывать логическую структуру содержания в ярких и выразительных художественных образах, позволяющих слушателям за отдельным, конкретным видеть общее, в зримой наглядности замечать сущность типического.

Для всех ученых — мастеров лекторского красноречия характерна тщательная подготовка к выступлениям. В рабочих конспектах на каждой странице, иногда чуть ли не на каждой строке многочисленная правка, отражающая поиск не только наиболее точной мысли, но и емкого, выразительного слова, ее отражающую.

Многие дневниковые записи А. Н. Северцова посвящены анализу процесса выступления перед аудиторией. В тетради с записями мемуарного характера «Memorablia», хранящейся в архивном фонде ученого, есть черновые заметки «Как я работал» (приводим эти записи в расшифрованном виде):
1. Напряженная работа. Упорство.
2. Собирание материалов (жадность).
3. Обобщение (открытия — попутно).
4. Постановка вопросов: первоначально — случай, потом сознательно. Трудность — поставить вопрос, подойти со стороны, с которой еще не подходили.
5. Уверенность в возможности разрешения.
6. Сознательная выработка метода.
7. Обдумывание методов.
8. Критико-классифицирующий момент (логическая операция).
9. Память — научная литература.
10. Чтение: научное, общеобразовательное и философское.
11. Гипотезы и фантазия. Не жалеть их отбрасывать.
12. Не стремиться быть оригинальным — только верное решение.

В этих записях — не только система научного творчества ученого, но и ключ к его работе над лекцией, определение главных ее этапов:
1. Сбор и обобщение фактического материала.
2. Постановка проблемы.
3. Целевая установка.
4. Определение метода.
5. Выявление логической структуры.
6. Поиск пути к верному решению поставленной проблемы.

Обращает особое внимание десятый пункт записок: широкий охват проблемы не только с чисто специальной, научной точки зрения, но и философское ее осмысление, связь с другими сторонами действительности — общеобразовательный аспект.

Привлекают и два последних пункта: не жалеть отбрасывать гипотезы и не стремиться к оригинальности- отсекать все, что не ведет к объективно верному решению поставленной проблемы, как бы ни были привлекательны на этом пути те или иные отступления. Это правило чрезвычайно важно для ораторской деятельности. Не так редки случаи, когда лектор, увлекаясь оригинальностью той или иной собственной гипотезы, выдает желаемое за действительное и представляет аудитории как бесспорную научную истину, создавая в результате ложное представление о предмете рассуждения.

На четких научных принципах отрабатывает Северцов и свою лекторскую манеру. Тексты первых лекций он писал целиком, вдаваясь в излишние подробности — все казалось важным, значительным, жалко было пропустить любую интересную деталь. Речь в тот период еще носила книжный оттенок, плохо воспринималась на слух.

«Хорошо ли я им читал, мне теперь сказать трудно,— писал Северцов в дневнике,— думаю, что нет: во-первых, потому что недостаточно умел отделять существенное от несущественного, во-вторых, потому, что недостаточно владел формой изложения».

Алексей Николаевич принимается за поиск собственной манеры чтения: «Сначала я обдумывал и подготовлял содержание лекции. Это я делал тщательно, материала у меня имелось в голове всегда гораздо больше того, что можно изложить... в данный срок времени; затем я ее проговаривал несколько раз вслух, или, если это было неудобно, про себя, меняя форму, переставляя и меняя примеры и т. д.

Такими упражнениями я выработал в себе умение связанно и толково излагать предмет и ясно и наглядно описывать то, о чем приходится говорить... Упражнение выработало умение быстро, не прерывая течение речи, соображать, какие примеры или доказательства наиболее подходят к данному случаю.

Читая, я всегда слежу за тем, как слушает аудитория, и когда вижу, что она утомилась и слушает невнимательно, мне часто удается снова возбудить утомленное внимание какой-либо переменой в изложении, интересным примером, иногда просто шуткой, что при этой манере изложения иногда удобно бывает сделать. Эта манера читать лекции, которой я придерживался в течение всей своей преподавательской деятельности и которую в себе сознательно выработал...»

Сравним это с описанием процесса лекторского выступления, сделанным другим ученым: «Чтобы читать хорошо, то есть нескучно и с пользой для слушателей, нужно, кроме таланта, иметь еще сноровку и опыт, нужно обладать самым ясным представлением о своих силах, о тех, кому Читаешь, и о том, что составляет предмет твоей речи...

Предо мною полтораста лиц, похожих одно на другое, и триста глаз, глядящих мне прямо в лицо. Цель моя — победить эту многоголовую гидру. Если я каждую минуту, пока читаю, имею ясное представление о степени ее внимания и о силе разумения, то она в моей власти. Другой мой противник сидит во мне самом. Это бесконечное разнообразие форм, явлений и законов и множество ими обусловленных своих и чужих мыслей.

Каждую минуту я должен иметь ловкость выхватывать из этого громадного материала самое важное и нужное и так же быстро, как течет моя речь, облекать свою мысль в такую форму, которая была бы доступна разумению гидры и возбуждала бы ее внимание, причем надо зорко следить, чтобы мысли передавались не по мере их накопления, а в известном порядке, необходимом для правильной компоновки картины, какую я хочу нарисовать.

Далее я стараюсь, чтобы речь моя была литературна, определения кратки и точны, фраза возможно проста и красива...

Читаешь четверть, полчаса, и вот замечаешь, что внимание утомлено. Нужно принять меры. Пользуясь первым удобным случаем, я говорю какой-нибудь каламбур... Внимание освежилось, и я могу продолжать».




Щёлковский район   Край родной   Справочник организаций   Евразийский вестник






охрана
Охранные услуги


Ремонт квартир и офисов
Ремонт квартир и офисов


Доставка воды: Архыз и Аква Премиум
Доставка воды



Рейтинг@Mail.ru