щёлковский край
 

Большой Кавказ.


Если окинуть критическим взглядом итоги политики, проводимой на Кавказе в последнее десятилетие, и проанализировать их, то можно извлечь определенные уроки. Они не слишком приятны, но полезны, причем не только для России, но и для других стран, особенно постсоветского пространства.

Урок первый. Было бы неправильным и с теоретической, и с практической точки зрения анализировать ситуацию в Закавказье, абстрагируясь от всего, что происходит на Северном Кавказе, рассматривать проблемы Каспия без учета положения дел на Черном море, а обострение террористических настроений в Чечне — не принимая во внимание политику, проводимую другими государствами.

Огромное количество проблем, с которыми довелось встретиться лицом к лицу политикам, военным и экономистам, а также невероятные сложности, сопутствующие попыткам их разрешить, являются красноречивым свидетельством того, что недопустимо относиться к Кавказу легкомысленно. Пространство между Черным и Каспийским морем — это не просто регион. Здесь действует сложнейшая система взаимоотношений, существующих между целыми народами, государствами. Все, что происходит на этом пространстве между двумя морями, отзывается во всем мире, поскольку связано с ним неразрывно.

Система под названием Большой Кавказ всегда игнорировалась. А особенно ее старались не замечать деятели, преследующие, в первую очередь, собственную выгоду и не заботящиеся о соблюдении интересов других народов и государств. Подобный политический эгоизм просто не мог не аукнуться — посредством системы взаимосвязей Кавказского региона с остальным миром — тем, кто предпочел, чтобы их хаты были с краю.

отношение к вооруженным чеченским сепаратистским ГрузияПрекрасной иллюстрацией может служить, к примеру, отношение, которое продемонстрировала к вооруженным чеченским сепаратистским формированиям Грузия. Реакцией на просьбы России выступить союзницей в противодействии радикальным группировкам были лишь проявления уязвленного самолюбия высокопоставленных политиков и обвинения. В итоге численность чеченских бандформирований на грузинских территориях достигла критического уровня, приводя к тому, что сохранять контроль над ситуацией скоро станет практически невозможно.

Некоторые страны в лице своих политиков не только отстранились от содействия в разрешении накопившихся на Кавказе проблем, но и выдвигают России обвинение в том, что она ущемляет права граждан, не желая видеть в действиях российской стороны естественную защитную реакцию. Красноречивый пример — шумиха, поднятая по поводу установления между Россией и Грузией визового режима. К слову сказать, мне на личном опыте довелось прочувствовать попытки не допустить вывоз из Грузии в Россию контрабандного спирта. Три года тому назад вынужден был стать гражданским, покинув ряды военнослужащих.

Урок второй. Важной причиной противоречий, существующих на «Большом Кавказе», является несоответствие географии и границ государств географии их интересов. Если в стране нет элементарного порядка, царят хаос и нестабильность, то подобные противоречия оборачиваются ожесточенными вооруженными столкновениями. Страны, противодействующие терроризму на своей территории, страдающие от внутренних разборок, становятся лакомым кусочком для всех желающих обратить себе на пользу уязвимость другого государства.

«Большой Кавказ» тоже не является в этом смысле чем-то исключительным. Происходящее там вызывает неподдельный и неприкрыто прагматичный интерес и у ближайших соседей, и у более отдаленных государств. Если в каком-либо регионе воцаряется нестабильность, то там не замедлят расширить свое присутствие США, Франция, Великобритания, Германия.

Нельзя не обратить внимания на ситуацию, которую можно смело назвать парадоксальной: на Кавказе, Центральной Азии есть свои интересы у стран, расположившихся в тысячах километров от этих регионов. Зато они практически не интересуют Россию, если судить по ее действиям. Свои права на интересы в Кавказском регионе российские политики предпочитают игнорировать — по-видимому, не желая выслушивать обвинения в имперских амбициях. Между тем отсутствие четкой стратегии и политическая пассивность обошлись и обходятся государству весьма дорого. Если уж природа не терпит пустоты, то тем более ее не приемлет социально организованная часть мироустройства, т.е. народы и государства.

Урок третий. Причиной трагического развития событий на Кавказе во многом явилась неспособность властей превратить в реальность громко продекларированные суверенитет, свободу и независимость. Более того — государство оказалось не в состоянии навести элементарный порядок на территориях государств, освободившихся от тяжелого тоталитарного наследия. Наверное, самое время упомянуть кавказскую народную пословицу — «Убегая от дыма, не надо бросаться в огонь».

Получившие свободу страны, красноречиво показывая свою неспособность решать важные государственные задачи, решили искать спасение в помощи со стороны. Они нашли спонсоров не только для поддержания экономики, но и в сфере обороны и национальной безопасности. Это обстоятельство поистине парадоксально: они передают другим странам право заниматься своей безопасностью и обороной — т.е., собственно говоря, тем, что является важнейшим атрибутом государственного суверенитета.

Мнение о том, что в основе военно-политических отношений Азербайджана и Турции, Грузии и стран НАТО лежат исключительно взаимные симпатии, не выдерживает критики. Вряд ли можно говорить о равноправных отношениях развитых и четко отлаженных военных механизмов НАТО и Турции с военными организациями, созданными на обломках оборонного комплекса СССР странами, которые к тому же имеют проблемы в экономике.

Таким образом, независимость, провозглашенная после развала Советского Союза, в итоге обернулась новой зависимостью — на этот раз от государств, далеких от России с точки зрения не только расстояния, но и исторических, культурных, военно-политических традиций. То, что потенциал недоверия других государств к союзам военно-политического характера постоянно растет, во внимание не принимается. Против кого направлено объединение, укрепление военных связей Грузии и НАТО, Азербайджана и Турции? Что будут делать в Каспийском море переброшенные в Азербайджан турецкие военные судна? А если натовские ракеты будут стоять на грузинской территории, то на кого они будут нацелены?

Проблема безопасности для «Большого Кавказа» никогда не утрачивала своей актуальности, а в настоящее время — тем более. Остальной мир не может проигнорировать неоспоримые достоинства этого региона. Преимущества геополитического и стратегического положения, приблизительно 20 млн. населения, живущего между Черным морем и Каспием, наличие крупных залежей полезных ископаемых, курортных зон, уникальных возможностей для туристической индустрии — все это является весьма лакомым кусочком.

Одно лишь Каспийское море является поставщиком нефти и черной осетровой икры — двух видов «черного золота», дорогостоящих и очень востребованных в мире. В виду этого и других обстоятельств сталкиваются интересы большого количества стран, и в первую очередь имеющих непосредственный выход к морю — России, Азербайджана, Казахстана, Ирана, Туркмении.

Вывод лежит на поверхности. Стратегически выгодное геополитическое положение и обилие полезных ископаемых всегда становились причиной кровопролитных войн, не говоря уже о небольших вооруженных конфликтах. А если это так, то демилитаризация таких регионов просто необходима. На Каспийском море должна быть сокращена численность различных военных структур, а то и вовсе их необходимо ликвидировать. Всякого рода военная деятельность, включая учения, на Каспии должна находиться под запретом. Он должен остаться территорией пограничников, нефтепромышленников, сил рыболовной охраны, спасателей и экологов.

Это вовсе не означает, что нужно свернуть борьбу с разнообразными пороками, включая терроризм и наркобизнес. Вооруженным противникам нужно противодействовать самыми решительными методами. Более того, это направление государственной работы нуждается в совершенствовании, и было бы хорошо, если бы все страны, имеющие выход к Каспийскому морю, консолидировали свои усилия.

Большой Кавказ

Восприятие «Большого Кавказа» именно как системы позволяет определиться с главными направлениями борьбы и методами ее обеспечения. В отношении других районов также должна быть применена политика демилитаризации. Совокупность различных мер сделает возможным создание единой кавказской системы безопасности. Главенствующая роль должна в этом принадлежать не зарубежным «доброжелателям» и советчикам, имеющим вполне определенные цели, а государственным структурам стран, располагающихся в данном регионе. Если подобная система будет существовать, то локальные обострения ситуации, как, к примеру, в Чечне, станут заботой не каких-то отдельных стран, а системы в целом.

Если прибегнуть к метафорам, то можно сравнить эту систему с домом. Если в случае необходимости перекрыть все возможные входы-выходы — двери, окна, вентиляционные люки и проч., это отрежет преступникам все пути к бегству и лишит их возможности получить внешнюю подпитку. А сейчас в то время, как одна страна захлопывает двери, другая приветливо открывает боевикам окошко. Опыт работы на должности директора ФПС дает мне основания утверждать, что свободное перемещение боевиков по России стало возможным потому, что захлопнув границы-двери, власти халатно забыли закрыть окна — аэропорты.

Прочно засел в моей памяти эпизод с Масхадовым: пограничники не дали ему «добро» на вылет, зато являвшийся тогда Секретарем Совета безопасности Иван Рыбкин сумел убедить президента, чтобы тот разрешил ему покинуть страну. Ну а из уст бывшего Председателя Правительства Виктора Черномырдина прозвучало и вовсе оригинальное предложение: в Грозном сделать ряд контрольно-пропускных пунктов, на которых бы в роли пограничников выступали вооруженные чеченцы, т.е. люди Масхадова.

К слову сказать, «чеченский вопрос» решается с такими сложностями еще и потому, что системный подход часто не находит применения. Контртеррористические операции проводить там тяжело, в частности, потому, что для российских политиков Чечня — это автономная территория; как подсистему системы «Большой Кавказ», связанную сотнями ниточек с остальным миром, ее просто не хотят воспринимать.

Разговор о создании единой кавказской системы безопасности в ситуации, пока военная сила еще не утратила своей актуальности, немыслим без учета сотрудничества в военно-политической сфере со странами, расположенными неподалеку от Кавказа. Сейчас на устах у всех Турция, чья военно-политическая активность, и на Черном море в том числе, не может оставаться незамеченной. Это государство, являющееся членом НАТО, демонстрирует весьма избирательное отношение к вопросам сотрудничества в военно-политической сфере со странами Кавказа.

Для судьбы региона имеет огромное значение позиция Ирана. Как мне представляется, российские политики просчитались (и этот просчет носит стратегический характер) в том, что недооценивали отношения с этим государством. Определенную роль в этом сыграл, возможно, однобокий и несколько упрощенный имидж страны, созданный и растиражированный средствами массовой информации. Сказали здесь свое веское слово и американцы — авторы антииранских штампов. Повлияло и то, что некоторые российские политики с явным пренебрежением относятся ко всем без исключения государствам Азии.

То, что Россия по-прежнему ратует за строгое соблюдение договоров о нераспространении ядерного оружия и ракетных технологий, не является помехой для ее взаимодействия с Ираном. Сотрудничество может осуществляться, помимо прочего, в военно-политической и в военно-технической сферах. Объективный взгляд на ситуацию позволяет утверждать, что в решении большого количества проблем Кавказа без Ирана не обойтись. А значит, просто немыслимо не учитывать эту страну при выстраивании Россией стратегии на Ближнем Востоке и на Кавказе в Центрально-азиатском регионе.

Установление дружеских отношений с Ираном и Арменией делает возможным плодотворное решение стратегических задач России на Черном море, если уж так сложилось, что Украина и Грузия не готовы к тесному сотрудничеству.

Хорошие отношения с Ираном и использование путей этого государства поспособствуют упрочению связей с Индией. Речь, разумеется, не идет о том, чтобы реализовать давнишнюю идею-фикс о мытье сапог в Индийском океане. Обе страны заинтересованы в том, чтобы на юге обстановка была стабильной. Будет просто замечательно, если с Индостана в сторону Севера станут дуть теплые, дружелюбные ветра, а не холодные потоки, несущие с собой конфронтацию и отчуждение.

Ход гражданской войны в Афганистане, уничтожение террористических учебных центров и самих бандформирований в Центральной Азии, погашение вооруженной активности на афгано-таджикской границе сложно представить при отсутствии скоординированности действий России и Ирана. Каждый год эта страна выделяет из своего бюджета более 100 млн. долларов, чтобы противостоять распространению наркотиков, ежегодно конфискует порядка 150 т наркотических средств.

Ситуация складывается таким образом, что установление добрососедских отношений с Ираном одновременно является для России и мерой по укреплению безопасности — как на Кавказе, так и своей собственной. Расположение Ирана поможет России ощущать себя более комфортно при решении наболевших вопросов.

Однако не только терроризм и наркомания являются точками пересечения наших интересов. Вместе наши государства могут противостоять проблемам в сфере экологии, энергетики, заниматься ликвидацией катастроф различного происхождения. Увы, нашим южным соседям приходится часто страдать от землетрясений. Для них, пожалуй, больше, чем для многих других, важно не прибавлять к «подаркам» природы бедствия, переживаемые народом из-за вооруженных столкновений и войн.

России просто не обойтись без выработки особой долгосрочной стратегии «Большого Кавказа». Она подразумевает развитие собственных северокавказских регионов, упрочение отношений России и закавказских бывших республик Советского Союза (Армении, Азербайджана, Грузии), развития связей с примыкающими к Кавказу странами (Ираном, Турцией) и другими мировыми державами, которые имеют собственные интересы в этом регионе и оказывают немалое влияние на развитие ситуации. Является вполне очевидным, что стратегия «Большого Кавказа» должна разрабатываться и реализовываться в теснейшей связи с политикой России на Черном море и на Каспии.

Таким образом, «Большой Кавказ» должен расцениваться как целая система; соответственно, это подразумевает использование комплексного подхода и в государственной политической стратегии, и в тактике.

расположение национальностей на Кавказе, хребты и топография


Щёлковский район   Край родной   Справочник организаций   Евразийский вестник






охрана во Фрянове
Охранные усл. во Фряново


Ремонт квартир и офисов
Ремонт квартир и офисов


Доставка воды: Архыз и Аква Премиум
Доставка воды



Рейтинг@Mail.ru